Экспедиция Ивана Кускова

 »   » 
  • Опубликованно
  • Экспедиция Ивана Кускова
Продвижение РАК в Калифорнии

После того, как Калифорнию посетил на «Юноне» Н. П. Резанов и установил дипломатические контакты с испанцами, русские продолжили движение на юг. Баранов продолжил взаимовыгодное сотрудничество с американцами. В 1806 г. три американских корабля вели промысел калана у берегов Калифорнии, используя зверобоев-кадьякцев, которых выделил Баранов.

При этом третий корабль «Пикок» Оливера Кимболла получил по контракту для промысла в Новом Альбионе небольшую партию из 12 байдарок во главе с Т. Таракановым. В отличие от предыдущих экспедиций, местом базирования был избран залив Бодега к северу от Сан-Франциско, за пределами территории, колонизованной испанцами. Пребывание партии Тараканова в заливе Бодега в 1807 г. стало началом подготовки русской колонизации этого района. Именно тогда о нем были получены первые географические сведения, сделан первый опыт колонизации (временной) и, видимо, были установлены первые контакты с местными индейцами.

Таким образом, заключая подобные контракты с американцами, Баранов проявлял инициативу, не санкционированную Главным правлением Российско-Американской компании, и шел на определенный риск.

В дальнейшем, будучи фактически признана Главным правлением РАК, практика совместных промысловых экспедиций, выгодная и Баранову, и американцам, стала обычной. Инициаторами при этом выступали американцы. Наличие охотников-алеутов давало им возможность создать в удалении от испанских поселений линию промысловых баз, где добывались котики и каланы. Хотя с 1808 г. Баранов начинает посылать в Калифорнию собственные корабли, он не отказывается и от контрактной системы, которая была выгодна РАК. Только после основания Росса контрактная система, принесшая значительную выгоду обеим сторонам, уступила место самостоятельному промыслу РАК.

В результате промысловые экспедиции О'Кейна — Швецова (1803-1804 гг.), Уиншипа — Слободчикова и Кимболла — Тараканова (1806-1807 гг.) стали прологом русской колонизации Калифорнии, обеспечив русских необходимыми сведениями о далеком крае и первым опытом проживания там, контактов с туземцами, хозяйственной деятельности в Калифорнии.


Правитель Русской Америки Александр Андреевич Баранов

Экспедиция И. А. Кускова 1808 - 1809 гг.

Когда русские впервые посетили Калифорнию, эта область ещё не считалась первоочередным объектом русской экспансии на юге. Вначале РАК рассчитывала колонизовать северо-западное побережье, по крайней мере его отдельные участки или создать опорные пункты. Но в обширных экспансионистских планах Н.П. Резанова, которые он излагал директорам РАК в 1806 г., уже четко обращено внимание на Калифорнию. Важнейшее значение в этих планах отводится устью р. Колумбия, которое виделось «центральным местом», плацдармом дальнейшей экспансии на север (остров Принца Уэльского, пролив Хуан-де-Фука) и на юг, к Сан-Франциско. Следующим объектом экспансии рассматривалась Испанская Калифорния, примерно до Санта-Барбары (34° с. ш.), присоединение которой к России «при малейшем стечении счастливых в пользу нашу политических в Европе обстоятельств» виделось Резанову сравнительно легким делом, учитывая слабость там испанцев. Резанов торопил, считая, что Российская империя не успела занять Калифорнию раньше Испании из-за недостаточного внимания правительства к этому региону: «Теперь остается еще не занятой интервал, столько же выгодной и весьма нужной нам, и так ежели и его пропустим, то что скажет потомство?»

Перспективы по развитию сельского хозяйства в Калифорнии было её вторым, после промысла каланов, достоинством для русских. Резанов считал развитие своего хлебопашества и скотоводства в Новом Альбионе «самым надежным средством» обеспечения Русской Америки продовольствием. В сельском хозяйстве здесь основной рабочей силой должны были стать или ввезенные китайцы, или туземцы, которых Резанов в этом качестве упоминает чаще, отмечая их «многолюдство». «Обласкав диких», он надеялся эксплуатировать их по типу испанских религиозных миссий: «высылкою туда езуитов и учреждением миссии воспользоваться несчетным числом индейцев тамошних обитателей, и развесть хлебопашество...».

Смелость и широта проектов Резанова могла показаться авантюризмом, что он вполне и сам сознавал. Однако именно такие люди положили начало великой Испанской и Британской колониальным империям. Именно такие подвижники освоили для Русского государства Сибирь, и вышли к Тихому океану, а затем создали Русскую Америку. И именно в проектах Резанова берет начало идея Русской Калифорнии, житницы русских колоний, отчасти реализованная в колонии Росс.

Успех первых совместных экспедиций в Калифорнию воодушевил главу Русской Америки Баранова. Особенно интересной была информация, доставленная в 1807 г. Таракановым и Слободчиковым. Во время экспедиций оба они составили некие карты («планы»). По ним Баранов задумывал экспедицию в Новый Альбион. Местом ее зимовки должны были стать залив Бодега или открытый экспедицией Уиншипа — Слободчикова залив Гумбольдта в Северной Калифорнии (первоначально залив именовался «Слободчиковским» или «Слободчикова») Баранов видел в открытии не известного ранее залива, мимо которого проходили неоднократно суда других государств, знак предназначения свыше этого залива для России.

Баранов, несмотря на расстроенное здоровье, даже сам хотел возглавить экспедицию, которой правитель Русской Америки придавал важное государственное и географическое значение. Однако обстоятельства не позволяли Баранову покинуть в это время Ново-Архангельск, и командование экспедицией, как возможность «отличить себя знаменитым... подвигом», было поручено ближайшему помощнику и соратнику Баранова — Ивану Александровичу Кускову (1765-1823).

В 29 сентября 1808 г. была отправлена промыслово-исследовательская экспедиция под общим руководством И. А. Кускова в составе кораблей небольшой шхуны «Святой Николай» штурмана Булыгина и судна «Кадьяк» штурмана Петрова. Суда вышли из бухты Новоархангельска (Аляска) и направились к берегам Калифорнии. Корабли шли раздельно из-за их различной скорости и задержки с выходом «Кадьяка». Каждое судно имело свою задачу. На «Кадьяке» следовали начальник экспедиции Кусков и промысловая партия, состоявшая из кадьякцев и алеутов. На «Николая» же падала основная исследовательская нагрузка. Его главной задачей было описание берегов Нового Альбиона от пролива Хуан-де-Фука до залива Дрейка вплоть до Сан-Франциско. Особое внимание следовало обращать на промысловые и другие ресурсы, быт и нравы местных туземцев. Целью экспедиции была глубокая разведка, но не колонизация, что не исключало создание временных поселений.

Судно «Св. Николай» под командованием штурмана Булыгина не смогло выполнить поставленную задачу. 1 ноября 1808 г. шхуна потерпела крушение в районе мыса Жуан-де-Фука (Флаттери). Высадившись на берег, экипаж и пассажиры (всего 21 человек) были вынуждены противостоять местным индейцам, рискуя попасть к ним в рабство. Тараканов называет их «колюжами», тем самым относя к общему для северо-западного побережья культурному типу. Как впоследствии было установлено, кораблекрушение и скитания людей с «Николая» произошли на этнической территории индейцев куилиут и хох, а основные события произошли в районе р. Хох.

Потерпевшие кораблекрушение люди, страдая от голода, скитались, преследуемые индейцами. Туземцы смогли захватить в плен несколько человек, включая жену Булыгина Анну Петровну (она происходила из коренного населения Америки). Тогда штурман, сломленный выпавшим на его долю испытанием, 12 ноября передал командование Тараканову. Русские путешественники смогли взять под контроль верховья р. Хох, где благополучно провели зиму, имея «изобилие в пище». В феврале 1809 г. они начали спуск по реке, планируя перебраться на р. Колумбия.

Власть в отряде снова перешла к штурману Булыгину, который попытался освободить жену, захватив в заложницы знатную аборигенку. Но когда для выкупа индейцы привезли Анну Булыгину, то она — к удивлению и негодованию соотечественников — наотрез отказалась возвращаться, сообщив, что довольна своим состоянием, и посоветовала добровольно сдаться тому племени, у которого она оказалась. Не испугавшись угроз мужа, Анна заявила, что ей лучше умереть, чем скитаться по лесам, где можно попасть к «лютому и варварскому» народу, в то время как теперь она живет «с людьми добрыми и человеколюбивыми». Что интересно, Тараканов решил последовать её совету. Он взял в свои руки командование и принял решение сдаться в плен индейцам. Тараканов призвал товарищей поверить доводам Анны: «Лучше... отдаться им во власть добровольно, чем бродить по лесам, безпрестанно бороться с голодом и стихиями, и сражаясь с дикими, изнурить себя, и наконец попасться к какому-нибудь зверскому поколению». Это было смелое и неординарное решение, которое большинство его спутников не приняло, за исключением Булыгина и еще трех человек. Однако оставшиеся путешественники вскоре также попали к индейцам. Они разбили лодку о камни и всё равно попали в плен.

Решение Тараканова и Булыгина, видимо, было самым верным в этой ситуации. Потерпевшие крушение не знали местных условий и в силу своей малочисленности не могли выжить во враждебном окружении. Как это случалось не раз при освоении Америки, условием выживания и освоения новых земель был мир с туземцами, хотя бы на начальном этапе. Сдавшись в плен, путешественники получили шанс на выживание.

Тараканов, Булыгин и их спутники оказались в «Кунищатском селении» близ м. Флаттери в рабстве у народа «кунищатов», возглавляемых вождем Ютрамаки. Сам вождь, у которого оказался Тараканов, к пленникам относился действительно хорошо. Однако это было настоящее патриархальное рабство: пленников продавали, меняли, дарили и т. д. Супруги Булыгины умерли. Тараканов же смог, использовав свой талант ремесленника, и вырезая для хозяина деревянную посуду (для чего выковал камнями из гвоздей инструменты), завоевал среди индейцев большой авторитет. В мае 1810 г. 13 человек с «Николая», включая Тараканова, выкупил и доставил в июне в Ново-Архангельск американский капитан Браун на судне «Лидия». Ещё один был выкуплен годом раньше на р. Колумбия, 7 человек умерли, один остался в рабстве.

Команде «Кадьяка» повезло больше. «Кадьяк» с Кусковым задержался с выходом из Ново-Архангельска до 20 октября 1808 г. Из-за плохой погоды он не смог подойти к заливу Грейс-Харбор и направился в залив Тринидад, которого достиг 28 ноября. Однако и здесь погода помешала реализации намеченных планов. К Слободчиковскому заливу (Гумбольдта) была послана промысловая партия во главе со все тем же С. Слободчиковым, но из-за ветра и волнения на море подойти к входу в залив оказалось невозможно. Тогда Кусков и Петров решили следовать на юг, установив, в соответствии с предписаниями, в бухте Тринидад крест и вручив местным аборигенам записку для Булыгина.

Покинув Тринидад 7 декабря, «Кадьяк» прибыл 15 декабря в залив Бодега, где, занимаясь ремонтом и промыслом, безуспешно ожидал «Николая». Промысел здесь не был успешным из-за малочисленности калана (зверь был уже сильно выбит прежними промысловыми партиями), а затем и из-за погоды. Сильно потрепанное судно ремонтировалось до мая 1809 г.

Всего за время стоянки «Кадьяка» в Бодеге из экипажа сбежало не менее пяти человек. Их манила свобода и благодатные условия Калифорнии, особенно в сравнении с суровыми условиями Аляски. Для Кускова это стало неожиданностью, которая вынудила ограничить деятельность всей экспедиции. В сложившейся ситуации он попытался реализовать минимум задач, отойдя к Тринидаду и оставив в Бодеге промысловую партию под началом Слободчикова. Но и этот план не удался, так как когда все уже было готово, сбежали кадьякцы еще на двух лодках. Опасаясь, что в случае аварии судна на пути вдоль этих малознакомых берегов побег могут совершить и другие, Кусков отказался от первоначального плана и остался в Бодеге.

Здесь были установлены контакты с местными индейцами. Индейский вождь сообщил русским о «великом заливе с бобрами» на севере, видимо имея в виду залив Гумбольдта. Кусков послал на север промысловый отряд во главе со Слободчиковым. Отряд, пройдя опасный путь, был около мыса Мендосино, но залива не достиг. Во время поисков беглецов байдарки обследовали залив Бодега и Дрейка и северную часть залива Сан-Франциско, где в основном и производился промысел.

Кроме того. экспедиция утверждала присутствие России в новых землях. Это делали традиционным для русских в Америке способом: закладкой номерных металлических досок с надписью «Земля российского владения». Одна доска (№ 1) была положена в 1808 г. С. Слободчиковым в бухте Тринидад, другая (№ 14) — самим И. Кусковым в 1809 г. в «заливе Малого Бодего», третья доска (№ 20) — им же в «устье» заливе Дрейка. Одновременно во время этой экспедиции индейцам раздавали подарки и серебряные медали «Союзные России».

Оставив Бодегу 18 августа, «Кадьяк» прибыл в Ново-Архангельск 4 октября 1809 г. Таким образом, завершилась эта первая крупная русская экспедиция вдоль западного побережья Северной Америки, сочетавшая исследовательские, промысловые и торговые цели. Экспедиция Кускова стала важным звеном в цепи событий, положивших начало русской колонизации Калифорнии. Основание колонии на территории Калифорнии было крайне необходимо для существования всех русских поселений в Америке. И Калифорнии предстояло в будущем стать базой продуктового снабжения Русской Америки. Однако для этого требовалось ещё получить одобрение Петербурга и основать форпост в Калифорнии.



Продолжение следует…

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:
Читайте также

Мультимедиа