Вся эта история с Крымом среди прочего вытащила на поверхность одну очень примечательную штуку – российская либеральная оппозиция по факту является антироссийской оппозицией. Что из этого далее последует, почему взлетел вверх рейтинг Путина и с чем теперь оппозиции идти к избирателям – об этом мы задумались на минувшей неделе.
Как должны себя вести официальные власти, если на территории их страны ходят какие-то люди с автоматами? Естественно, надо задержать нарушителей, завести уголовное дело, допросить, изъять оружие, установить его происхождение, передать дело в суд и вынести приговор.
Ничего этого официальные власти Украины не сделали. «Неизвестные люди с автоматами» блокировали административные здания, аэропорты, воинские части, а Верховный главнокомандующий Турчинов пять дней смотрел на это по телевизору и только 2 марта отдал приказ – нет, даже не о задержании неизвестных автоматчиков, а всего лишь о приведении армии в повышенную боевую готовность.
Турчинова можно понять. Он едва стал и. о. президента и тут же должен посылать украинских солдатиков на войну? Против российского спецназа ГРУ, против элиты Вооруженных сил РФ? А если там кого-нибудь убьют? Его ж тогда в президенты не выберут...
Давайте признаем – операция по аннексии Крыма была проведена блестяще. Про международное право и все такое мы сейчас не говорим, потому что заведомое болото и масса вопросов, которые лучше не ворошить. Никому нельзя ничего аннексировать, но так поступают все, у кого есть силы и средства. Это и есть международное право – право сильного. Подвернись такая возможность с Крымом для США – они бы сделали то же самое, разве что без референдума.
Присоединение Крыма к России имеет совершенно очевидные геополитические, военные и прочие выгоды, это совершенно точно в интересах России. Тем удивительнее было обнаружить, что целая плеяда российских политиков требует немедленно отдать Крым обратно Украине. Борис Немцов даже провел соответст 3000 вующее шествие, на которое собралось 50 тысяч человек. И вот на этом месте хочу остановиться подробнее.
Я ведь тоже обеспокоен ситуацией со свободой слова в России, с выборами, с независимыми судами. С уважением отношусь к антикоррупционной деятельности Навального. Но при этом убежден, что российский политик должен в своей деятельности исходить из интересов России – даже если он оппозиционер. Мне кажется само собой разумеющимся, что политики США отстаивают интересы США, а политики Украины – интересы Украины. Сейчас они не признают результатов крымского референдума – и правильно делают, потому что признавать его не в интересах их стран. Наш Черноморский флот на Черном море не нужен никому, кроме России. У политиков могут быть разные взгляды на развитие страны, но российский политик, открыто выступающий против интересов своей страны, – это не российской политик, а антироссийский политик. Подпевать США – много ума не надо, честное слово.
Да, я слышу аргументы господина Немцова о том, что Крым – это дополнительные расходы бюджета. Он, безусловно, прав: рядовому россиянину после присоединения Крыма будет как минимум не легче. Но, простите, если это – принцип, с которым мы подходим к внешней политике, то тогда надо сбрасывать все убыточные активы, то есть выводить из состава России все дотационные регионы. Верный ли это путь? Конечно нет.
Даже Российский императорский дом в изгнании – и тот заявил, что будет помогать России отменить санкции Евросоюза. Еще бы Романовы были против присоединения Крыма, который аннексировала их прапрабабка Екатерина II.
Ровно то же самое, возможно менее вербально, почувствовали и миллионы россиян. Рейтинг Путина взлетел вверх, он сделал своими сторонникамии всех национал-патриотов, которые ранее ходили за тем же Навальным на «русские марши». Путин, без выстрела взявший Крым, теперь главный национал-патриот и икона русского национализма. Именно это, а не присоединение Крыма к России, и раздражает либеральную оппозицию, которой ничего не остается, как быть против всего, за что выступает Путин. Бродскому однажды сказали, что Евтушенко высказался против колхозов. На что он ответил знаменитое: «Если Евтушенко против колхозов, то я за».
Быть в России антироссийским политиком, особенно в России наших дней, – это путь в никуда. Ну или под домашний арест. Политологи уже фиксируют как факт, что в России «опять нет оппозиции», способной увлечь своими идеями более 4 процентов населения. Нынешнее поколение российских оппозиционеров куда более нравится гражданам Украины, нежели России – и это факт, к которому они вряд ли были готовы.
Либеральные ценности оказались лозунгом, который не зацепил россиян. «Отдайте Крым обратно Украине» – тем более. Что же остается, с чем идти на площади? Остается борьба с коррупцией, но это поле, на котором либералы заведомо обречены на поражение. Потому что реально бороться с коррупцией может опять же только Путин, и когда (и если) он начнет это делать – эффект будет соизмерим с эффектом от крымской операции, то есть все заслуги он снова заберет себе.
По-видимому, мы имеем дело с проблемой исчерпания ресурса идей и вождей. Каспаров и Лимонов слились в астрал сразу после того, как заявили о требовании немедленно включить Абхазию и Южную Осетию обратно в состав Грузии. Это стоило им сторонников в России. Антироссийская позиция в отношения крымских событий сыграет подобную роль в судьбе Немцова и Навального.
Ничего хорошего в этом на самом деле нет, потому что новое поколение российских оппозиционеров может быть только радикальнее своих предшественников.
