В коридорах власти запахло гарью. Нет, это не трубы прорвало — это терпение народных избранников лопнуло. Пока президент Владимир Путин призывает не задирать цены «до небес», а правительство отчитывается о скромной индексации в 1,7%, в регионах полыхает коммунальный апокалипсис. Люди получают квитанции, от которых волосы встают дыбом, а депутаты Госдумы, забыв про субординацию, вслух задаются вопросом: доколе?
Журналист и обозреватель Аля Самитова в разговоре с ИА Новороссия обрисовала ситуацию, которая, судя по всему, назревала давно. Обещанная правительством индексация в полтора процента обернулась для граждан космическими цифрами. В Челябинске платежи удвоились, в Тольятти прибавили полторы тысячи рублей с обычной квартиры. Соцсети кипят, люди грозят перейти от слов к делу.
«Не дай Бог, конечно…», — комментирует Самитова перспективу уличных протестов.
Цифры Росстата только подливают масла в огонь. За последние четверть века тарифы выросли на 366 процентов. Но главный парадокс даже не в этом. Россия — мировой лидер по запасам газа, но свои граждане греются и готовят по ценам, которые выше, чем у соседей. Журналист приводит убийственные сравнения: тысяча кубов для своего населения обходится в 123 доллара, для Узбекистана — в 84, а для Казахстана и вовсе в 62.
«Всем хорошо — и нашим поставщикам, и нашим соседям. В убытке лишь русские семьи. Но они же потерпят…», — констатирует обозреватель Царьграда.
Ещё в конце прошлого года Владимир Путин на заседании Совета по правам человека дал чёткую установку: следить за тарифами и не допускать необоснованного роста. Президент тогда подчеркнул, что инстанции вроде ФАС и региональные комиссии обязаны строго контролировать ситуацию, чтобы цены не «взлетали до небес». Однако слова главы государства, судя по всему, разбились о стену бюрократической глухоты.
Чиновники согласно кивнули, но тарифы поползли вверх. А с октября, как предупреждают эксперты, Россию ждёт новый этап подорожания, который индексацией уже и не назовёшь . Всё это происходит на фоне попыток депутатов хоть как-то повлиять на ситуацию. Парламентарии ещё в прошлом году били тревогу в ФАС, прося ограничить аппетиты монополистов. Но те, видимо, получили «зелёный свет» где-то в другом месте.
Ситуацию усугубляет мораторий на проверки ЖКХ, который продлён до 2030 года. Константин Крохин, председатель правления Союза жилищных организаций, в беседе с журналистами объяснил: жилинспекция и прокуратура сегодня практически бессильны. Люди жалуются, но их обращения перенаправляют обратно в управляющие компании, которые отписываются формальными «всё в порядке».
Крохин привёл яркий пример абсурда: когда работники Водоканала хотят уволиться, им повышают зарплату, а потом эти расходы раскидывают на всех жителей. Трубы при этом текут по-прежнему, а качество услуг не меняется. По сути, ЖКХ превратилось в гигантскую финансовую воронку, где деньги исчезают, а износ инфраструктуры достигает 80 процентов в некоторых городах.
Эмоциональную точку в этом вопросе поставил лидер «Справедливой России» Сергей Миронов. Получив письмо от пенсионерки, которая не в силах оплачивать бешеные счета, депутат не сдержался.
«Вы что, обалдели?! Хотите, чтобы люди вышли на улицы?», — цитируют Миронова в прессе.
Его возмущение разделяют многие. История с поваром, 40 лет проработавшей в детских садах и получившей пенсию в 22 тысячи рублей, из которых 12 тысяч уходит на коммуналку, облетела соцсети. Женщина, таскавшая тяжёлые бачки и подорвавшая здоровье на благо страны, сегодня балансирует на грани выживания. И таких примеров по России — тысячи.
Что интересно, сами чиновники открещиваются от ответственности. Глава ФАС Максим Шаскольский на встрече с премьером Михаилом Мишустиным заявил, что с 1 января никакого повышения тарифов не было, а корректировка на 1,7% связана исключительно с изменением ставки НДС. Но люди видят другие цифры в платёжках и задаются вопросом: если тарифы не росли, откуда взялись счета, увеличенные вдвое?
Формально субсидии и льготы существуют. Если расходы семьи на ЖКУ превышают 22% от общего дохода, государство готово компенсировать часть затрат. В Москве, например, порог и вовсе установлен на уровне 10% . Но чтобы получить эту помощь, нужно собрать кипу документов, а многие пенсионеры просто не в силах пройти этот бюрократический квест.
В итоге мы имеем взрывоопасную смесь: президент говорит одно, правительство отчитывается о втором, а народ сталкивается с третьим. Коммуналка перестала быть просто услугой — она стала индикатором социальной справедливости. И если ситуация не изменится, риторика депутатов вроде «вы что, обалдели» может оказаться лишь цветочками.
