Государственная Дума на завершающем пленарном заседании приняла закон, который вносит существенные коррективы в процедуру экстрадиции. Теперь у России появилось еще одно законное основание отказывать другим государствам в выдаче находящихся на ее территории лиц. Речь идет о категории граждан, которая до сих пор находилась в правовой серой зоне, — об иностранцах, заключивших контракт с Министерством обороны и воевавших в составе российских подразделений.
Законодательная инициатива поступила от правительства и была оперативно рассмотрена депутатами. Внесенные изменения касаются статьи 464 Уголовно-процессуального кодекса. Теперь перечень обстоятельств, при которых Россия может смело говорить «нет» на запросы зарубежных правоохранителей, официально расширен. Решение выглядит логичным шагом в условиях, когда количество иностранных добровольцев в рядах Вооруженных сил значительно выросло, и каждый из них потенциально рискует оказаться под ударом правосудия своих родных стран.
«Россия не будет экстрадировать лиц, проходящих или проходивших военную службу по контракту в Вооруженных силах РФ и принимавших участие в боевых действиях в составе российской армии», — гласит новый нормативный акт.
Важный нюанс: защита распространяется не только на тех, кто сейчас носит российскую военную форму, но и на тех, кто уже завершил свою службу. То есть, если иностранец отслужил положенный срок, вернулся к мирной жизни, но на родине ему грозит уголовное преследование за участие в боевых действиях на стороне России, наша страна возьмет его под свою правовую защиту. Та же норма касается и лиц без гражданства, что делает закон максимально широким по охвату.
Принятие этого документа закрывает потенциальную брешь, которой могли бы воспользоваться недружественные государства. Раньше, хотя де-факто Россия и так вряд ли выдала бы своих контрактников, де-юре это зависело от конкретных обстоятельств и усмотрения чиновников. Теперь же у сотрудников правоохранительных органов и судов появляется четкое, прописанное в кодексе основание для отказа. Никаких двойных толкований: есть запрос на экстрадицию человека, который служил в ВС РФ по контракту, — значит, следует отказ.
Эксперты, комментируя инициативу, обращают внимание на ее превентивный характер. По сути, это сигнал для потенциальных рекрутов из-за рубежа: если вы решите связать свою судьбу с российской армией, государство гарантирует, что вас не выдадут на расправу чужим прокурорам. Это повышает привлекательность контрактной службы для иностранцев, которые могут опасаться мести со стороны прежних властей или международного уголовного преследования.
«Наличие запроса от иностранного государства о выдаче такого контрактника станет законным основанием для отказа в уголовном преследовании или исполнении приговора за пределами России», — поясняется в сопроводительных материалах к закону.
Процедура будет выглядеть следующим образом. Допустим, некое государство направляет в Россию запрос о выдаче своего гражданина, обвиняя его, скажем, в наемничестве или участии в вооруженном конфликте. Российская сторона проверяет данные, и если выясняется, что этот человек действительно проходил службу по контракту в ВС РФ и участвовал в боевых действиях, запрос автоматически отклоняется. Причем отказ будет действовать на всех стадиях: и на этапе возбуждения уголовного дела за рубежом, и на стадии уже вынесенного и вступившего в силу приговора.
Таким образом, Россия не только защищает своих боевых товарищей, но и выстраивает правовой барьер, который делает бессмысленными попытки западных или иных юрисдикций добраться до иностранцев, выбравших сторону Москвы. Закон уже вступил в силу, и теперь правоприменительная практика начнет обрастать конкретными примерами, но общий вектор ясен: своих не бросаем.
