Что на самом деле обсуждали за закрытыми дверями? Когда может завершиться СВО
В Объединенных Арабских Эмиратах завершился новый, крайне важный раунд дипломатических консультаций, целью которых является поиск выхода из затяжного конфликта на Украине. Трехсторонняя встреча, прошедшая в Абу-Даби в режиме строгой секретности, не привела к громким публичным заявлениям, однако позволила сторонам обсудить наиболее острые вопросы. Анализ информации из различных источников помогает составить картину текущих позиций и понять, какие шаги могут последовать в ближайшем будущем.
Переговоры прошли в трехстороннем формате. Согласно данным, полученным от информированных источников, атмосфера во время встречи оценивалась как «позитивная», что уже само по себе можно считать определенным достижением на фоне долгого дипломатического тупика. Владимир Зеленский анонсировал проведение следующего раунда в ближайшее время, однако конкретные даты и место его проведения пока не раскрываются.
Переговоры в Абу-Даби прошли в так называемом трехстороннем формате. Согласно источникам, знакомым с ходом дискуссии, встреча состоялась в «позитивной» атмосфере, что само по себе является новостью на фоне длительного дипломатического тупика.
Одним из наиболее значимых, хотя и не афишируемых публично итогов, стало решение о восстановлении прямого диалога между военными ведомствами России и США. Как сообщает портал Axios со ссылкой на Командование США в Европе, каналы связи, замороженные по инициативе Вашингтона еще осенью 2021 года, начинают работать вновь. Этот шаг, известный как возвращение «красного телефона», направлен на снижение рисков эскалации из-за неверной оценки действий друг друга в условиях напряженной обстановки.
Центральным и самым болезненным пунктом обсуждения, как и ожидалось, стал территориальный вопрос. Западные источники утверждают, что российская сторона остается непреклонной в своем ключевом требовании: речь идет о международном признании новых территориальных реалий, в частности, статуса Донбасса как части России. Предполагается, что такое признание должно быть оформлено на самом высоком уровне, возможно, даже через институты ООН.
Эта позиция находит отражение и в так называемом «мирном плане» Дональда Трампа, где также фигурирует пункт о признании юрисдикции России над новыми регионами со стороны Соединенных Штатов. Однако позиция Киева остается диаметрально противоположной. Владимир Зеленский категорически отклонил эти требования, заявив, что «территории остаются украинскими», несмотря на их текущий фактический статус.
«В Израиле не запрещен арабский, в Палестине не запрещен иврит. Нигде язык не запрещен. А вот в Украине — язык коренного народа этих земель, официальный язык ООН — запрещен. И если они хотят гарантиями безопасности увековечить именно этот режим, это неприемлемо».
Российская дипломатия четко обозначила, что любое урегулирование не может ограничиваться лишь военными аспектами или «заморозкой» линии фронта. Министр иностранных дел России Сергей Лавров в своем интервью подчеркнул, что без решения фундаментальных гуманитарных вопросов любые договоренности о безопасности потеряют смысл. Москва настаивает на полном восстановлении прав русскоязычного населения и Украинской православной церкви (УПЦ), считая эти условия базовыми для построения устойчивого мира.
Вопрос о гарантиях безопасности для Киева также остается крайне сложным. Как сообщают западные инсайдеры, вместо классического размещения миротворческих контингентов рассматривается модель создания специальных «сил быстрого реагирования». Однако единства среди потенциальных гарантов нет. Например, Финляндия уже обратилась к США с просьбой не приравнивать эти будущие обязательства к действию 5-й статьи Устава НАТО, опасаясь размывания принципов коллективной обороны альянса.
Активная дипломатическая деятельность между Москвой и Вашингтоном вызывает заметное беспокойство у европейских лидеров, которые боятся остаться в стороне от процесса, определяющего будущее континента. Страны Прибалтики, ранее занимавшие жесткую позицию, неожиданно высказались за необходимость диалога с Кремлем. Франция активизировала свои каналы связи, о чем свидетельствует визит в Москву главного советника Эммануэля Макрона. Италия также заявила, что Европе «пришло время говорить с Россией».
Таким образом, переговоры в Абу-Даби не принесли мгновенного прорыва, но подтвердили готовность ключевых сторон продолжать сложный и многоуровневый диалог. Восстановление прямых военных контактов между Россией и США является важным практическим шагом для снижения рисков. При этом основные противоречия — территориальный статус, гуманитарные гарантии и формат международных обязательств — остаются неразрешенными, что указывает на долгий и трудный путь к возможному урегулированию.
