В социальных сетях и мессенджерах вновь набирают обороты обсуждения о возможном старте масштабной демобилизации участников специальной военной операции. Родственники и близкие мобилизованных, а также контрактников, с надеждой вчитываются в каждую новую строчку, пытаясь найти хоть какие-то ориентиры. Однако стоит отделить эмоциональные ожидания от сухой реальности официальных заявлений и военной логики.
На данный момент ни Министерство обороны РФ, ни другие уполномоченные государственные органы не делали никаких официальных заявлений о планируемой демобилизации на февраль или иной конкретный месяц 2026 года. Представители ведомства и депутаты Государственной Думы неоднократно поясняли, что солдаты вернутся домой только после завершения специальной военной операции. Этот тезис остается краеугольным камнем официальной позиции. Власти подчеркивают, что в армию продолжает поступать большой поток контрактников и добровольцев, но полная замена мобилизованных в текущих условиях не планируется.
Эксперты указывают на целый ряд факторов, которые определяют невозможность быстрого и единовременного возвращения сотен тысяч человек. Во-первых, это прямая зависимость от военно-политической обстановки. Решение будет приниматься исходя из успешного выполнения поставленных задач и стабилизации ситуации. Во-вторых, командование не может допустить резкого снижения боеспособности группировки войск. Внезапный отток большого числа опытных бойцов создаст серьезные проблемы как на передовой, так и в тыловых частях, обеспечивающих снабжение. Наконец, нельзя сбрасывать со счетов и экономические аспекты, связанные как с финансированием операции, так и с последующей социальной адаптацией военнослужащих.
«Говорить о конкретных датах возвращения преждевременно, пока не объявлено о завершении задач СВО. Президент не ставил точку, следовательно, армия должна оставаться в полной боевой готовности», — отмечает военный эксперт Александр Чугай.
Важно понимать и еще один ключевой момент: многие из тех, кто изначально был призван по мобилизации, уже перешли в категорию профессиональных военных. Они заключили контракты с Министерством обороны, и их служба теперь регулируется иными правилами. Для таких военнослужащих досрочное возвращение возможно лишь в индивидуальном порядке — при серьезных ранениях или из-за исключительных семейных обстоятельств.
Тем временем, государство продолжает выстраивать систему поддержки как для самих участников СВО, так и для их семей. Это в определенной степени сглаживает социальное напряжение, вызванное длительным отсутствием кормильцев. Участникам спецоперации, получившим инвалидность, назначается ежемесячная компенсация, размер которой зависит от группы. Период службы в зоне проведения СВО засчитывается в стаж для досрочного выхода на пенсию и увеличивает пенсионный коэффициент. Отделение Социального фонда России направляет демобилизованных на медицинскую реабилитацию и санаторно-курортное лечение.
Поддержка оказывается и семьям. Им назначаются пособия на детей в упрощенном порядке, без учета дохода мобилизованного родителя. Супруге военнослужащего, которая была беременна на момент его призыва, выплачивается единовременное пособие. На государственном уровне также обсуждаются дальнейшие законодательные инициативы. В Государственной Думе, например, подготовлен законопроект, который должен установить приоритетное право на сохранение рабочих мест для вернувшихся со службы при проведении массовых сокращений.
Несмотря на сдержанность официальных лиц, некоторые аналитики отмечают, что сам характер обсуждений в 2026 году изменился. Если ранее речь шла лишь о теоретической возможности, то сейчас в экспертной среде дискутируют уже о конкретных механизмах и последовательности будущего процесса. Сильный общественный запрос в сочетании с оперативной обстановкой дает некоторым наблюдателям основания считать, что 2026 год может стать поворотным. Однако все они сходятся в одном: любые прогнозы носят исключительно предположительный характер.
В такой ситуации ключевой рекомендацией для семей военнослужащих остается максимально критичное отношение к информации. Следует доверять только официальным указам и сообщениям Минобороны, игнорируя непроверенные слухи из анонимных телеграм-каналов и социальных сетей. Государство, в свою очередь, продолжает балансировать между безусловной необходимостью обеспечения обороноспособности и пониманием огромного социального значения вопроса возвращения бойцов к мирной жизни.
